Последний месяц Абустола

Последний месяц Абустола, —
В снегу долины, горы, села,
Работы все завершены.
И над землею древнем нартской,
Над горной стороной балкарской —
Дыханье зимней тишины.

Короче дни. Тусклы закаты.
Но под папахою лохматой
Не чует холода джигит.
А самый мудрый, самым старый
Скот, не спеша, загнать в кошары
Своим сородичам велит.

Последний месяц Абустола...
Пора пред снежной и тяжелой
И утомительной зимой
Случать овечек и баранов! —
На календарь старинный глянув,
Решает так совет седой.

Чабан в сапожках остроносых,
Сжимая в пальцах крепкий посох,
Стоит на страже, как солдат.
Вот к овцам, тупо корм жующим,
Баран-производитель пущен,
Родоначальник новых стад!

На площадь знамя дорогое
С рогатой турьей головою
Аульный старшина несет,
И заклинает он Аймуша,
Чтоб этот древний бог пастуший
Стадам богатый дал приплод.

И приготовленное пиво,
В бурдюк сливая бережливо,
Отправят женщины туда,
Где пастухи в загонах горных,
Баранов откормив отборных,
В день случки стерегут стада.

Пекут румяные хычины,
И пьют торжественно мужчины,
Звучит певучая свирель...
Аймуша славят и Байрыма,
Чтоб счастье не промчалось мимо,
Чтоб стрелы попадали в цель!

Хычины тайно похищая,
Веселых ребятишек стая
Бока овечек ими трет,
Чтобы ягненочек задорный,
На белом лбу с отметкой черной
Рожден был каждой в этот год.

О древних горцев простодушье!
Молились прадеды Аймушу
И разным прочим божествам.
Но вера б их спасла едва ли, —
И люди больше доверяли
Своим рукам, своим трудам.

Народ мой знал и мир, и войны,
И добрых лет поток спокойный,
И ярость огненной грозы...
Пусть оживут тех дней картины,
Как горцев календарь старинный
В стихах Саида Шахмурзы...